Главная страница

Не сегодня. Аннотация Любовь и смерть не редко рука об руку бродят по проклятой Чернобыльской Зоне. Какова же будет цена любви командира отряда Свободы идочери военного инспектора


Скачать 23,29 Kb.
НазваниеАннотация Любовь и смерть не редко рука об руку бродят по проклятой Чернобыльской Зоне. Какова же будет цена любви командира отряда Свободы идочери военного инспектора
АнкорНе сегодня.docx
Дата07.02.2018
Размер23,29 Kb.
Формат файлаdocx
Имя файлаНе сегодня.docx
ТипДокументы
#29250
Каталог

Виктор Цветков.

Не сегодня.

Аннотация: Любовь и смерть не редко рука об руку бродят по проклятой Чернобыльской Зоне. Какова же будет цена любви командира отряда «Свободы» и дочери военного инспектора?

***

Говорят, смерть может быть благородной, если ты умираешь во имя чего-то возвышенного. Бред, так говорят только те, кто ни разу не смотрел ей в лицо.

Смерть и благородство не слишком уж близкие по сути понятия. Заканчивая ли

свою жизнь дряхлым старцем в постели, на руках своих родных, прожив долгую

и насыщенную жизнь; молодым от неизлечимой болезни, проклиная всех богов;

в первых рядах сражающихся, сжимая зубы, ты всё равно не понимаешь, почему

смерть приходит именно за тобой, а не за кем-то другим…

Я никогда не думал, как придётся умереть мне, кто или что прервёт мой жизненный путь. Боялся ли я умереть? Не знаю… не знал… но каждый день начинал со слов:

– Не сегодня...

Так было до того дня… дня моей смерти.

***

В последний раз лязгнув затвором, автомат затих. Это означало только одно, что ещё один магазин с патронами закончился. Аккуратно выглянув в окошко старой водонапорной башни, я попытался посчитать оставшихся в живых врагов. Но льющий третий день подряд дождь сильно мешал обзору. Там, внизу, за пеленой низвергающейся с небес воды, прятались мои бывшие соратники, теперь ставшие врагами.

На короткий миг мне показалось, что на земле всё-таки лежит тело.

– Значит, ещё минус один, – решил я.

Плохая погода приносила свои плоды. Никто особо не торопился выкуривать меня из моего временного убежища. Да и куда тут убежишь.

Старая водонапорная башня находилась в заброшенной деревне, что к западу от Военных Складов. Ещё со времён первой аварии на ЧАЭС она оказалась заброшенной, ну а после второй оказалась заселена мутировавшими существами – кровососами. Редким сталкерам чудом удавалось пройти через эту деревню и остаться целыми. Лишь со временем численность тварей сократилась.

Обозлённые сталкеры устраивали целые рейды, стремясь уничтожить логово мутантов. Оставшиеся в живых кровососы ушли сами. Видно, поняли, что ловить, кроме пули в голову, здесь теперь нечего. Башня была их притоном, и даже сейчас она нет-нет, да и пованивала гнилью и зловонием.

В таком вот приятном месте мне и пришлось устроить своё последнее убежище. Наглухо завалив дверь имеющимися в наличии средствами, я поставил две растяжки. Убивать своих бывших товарищей не хотелось, но желание продать свою жизнь подороже взяло верх. И вот уже вторые сутки моя жизнь становилась всё дороже. Если я правильно вёл подсчёт, то цена уже сводилась к шести трупам.

Организм бунтовал, требуя немедленно горячей еды и долгого сна, а если повезёт, то и девчонку в постель. Правда, из перечисленного запроса он получил лишь новую порцию энергетика.

Воспоминания о девчонке и тёплой постели снова напомнили мне, почему я сейчас здесь…

Уже уходишь, – сквозь зевоту пролепетал я.

Да. Ты же знаешь, что мне пора, – красивая брюнетка натягивала на практически голое тело комбинезон “Долга”

Когда мы теперь увидимся?

Не скоро. Отец что-то подозревает и каждый раз ищет новые отговорки, чтобы не брать меня с собой в поездки. На твоём месте я бы тоже приняла меры предосторожности. А то даже твои соклановцы не помогут тебе, когда он примется за отворачивание твоей головы.

Слегка покачивая бёдрами, она направилась в сторону двери.

До встречи любимый, – сказала она, бросив в мою сторону прощальный поцелуй.

Дочка военного чиновника на Большой Земле, она любила всякого рода развлечения. И когда папаня наведывался с инспекцией в Зону, частенько прилетала с ним. Ни для кого не секрет, что “Долг” очень крепко и взаимовыгодно сотрудничал с военными. И не удивительно, что когда проходили подобные проверки, то члены комиссии останавливались на хорошо охраняемой территории долговских патриотов. Там-то я впервые и увидел Ксюшу. Мы были на рейде, когда с главного КПП вышло два квада “Долга”. После часа слежки, нам удалось установить, что они сопровождают кого-то из гражданских. Но мужчина это или женщина, нам определить не удалось.

Идентификации мешал костюм замкнутого цикла, который был одет на человеке. Неожиданно у них началось какое-то мельтешение и зазвучали выстрелы. Прильнув к окулярам бинокля, я увидел, что их отряд атакован снорками, которые в большом количестве приближались с разных сторон. Мы были не обязаны им помогать, они уж точно не пришли бы нам на помощь. Но что-то в тот момент меня заставило отдать команду.

Бой оказался жестоким. Несмотря на мастерство бойцов “Долга” и нашу неожиданную помощь, потери были большие. От долговцев осталось трое, считая гражданского. Я потерял двоих. Зона в тот раз получила хорошее жертвенное подношение. Нам пришлось проводить вынужденных друзей до ближайшего безопасного места. Когда же пришло время расходиться, гражданский подозвал меня и начал о чём-то говорить, но затемнённое стекло защитной сферы плохо пропускало звук. Словно поняв это, говоривший снял сферу. И, о Господи, это была девушка. Она подошла ко мне, и пока я приходил в себя, поцеловала. С тех пор моя жизнь переменилась…

Я достал из нагрудного кармана помятую фотографию. С неё на меня смотрела та девушка из моего воспоминания. Она была одета в лёгкое платье. На красивом лице лучилась улыбка, а зелёные глаза сверкали счастьем.

Моя Ксюша! Мой луч света в этом проклятом аду.

Плечо пронзила острая боль. Видно задумавшись, я и не заметил, как высунулся в проём окна. Беглый осмотр выявил, что пуля прошла по касательной, лишь содрав кусок кожи. Царапина не заслуживала даже банальной обработки антисептиком.

Дождь заканчивался, а это значило, что атака вскоре возобновится. Подсчёт боеприпасов принёс невесёлый результат: три магазина к верному АКМ, одна граната, нож и подарок друзей-сталкеров, именная «беретта». Надпись на стволе гласила: «За верность». Хм… Верность в Чернобыльской зоне отчуждения носила двоякий характер. Выполняя приказы своих командиров, ты убиваешь, выносишь приговоры. Ты своего рода судья над теми, кто слабее тебя. Для командиров ты становишься верной цепной собакой, которой и дарят вот такие подарки. Но остаёшься ли ты честен с самим собой? Сколько невинных ты готов

убить ради подписанной огнестрельной игрушки?..

Неожиданно я осознал, что стало как-то тихо, даже слишком. Дождь успокоился, но солнцу всё равно был закрыт путь. Свинцовые тучи, словно щитом закрывали землю на многие километры вокруг. Стараясь не светиться, я аккуратно прополз под проёмом окна и глянул, что творится снаружи. Увиденное заставило меня резко отпрянуть от окна и бросить своё тело в сторону. Как оказалось, пока я тут вольготно предавался воспоминаниям, к этим гадам подошло подкрепление, притащившее с собой старый советский РПГ. И кумулятивная пташка уже порхала в мою сторону. Выгляни я на секунду позже, и быть бы мне трупом, который разобрали на много-много маленьких частей. А так лишь удалось отделаться порезами на лице от разлетевшихся во все стороны осколков кирпичной кладки. На месте окна теперь зияла огромная дыра. Переключив оружие на автоматический режим, я открыл огонь по больно глазастому стрелку. В живых меня уже не числили и сильно удивились, когда из предполагаемой моей могилы по ним посыпались пули. Незадачливый стрелок умер первым, следом за ним пули подкосили стоявшего рядом бойца. Но моя удача на этом и закончилась. Преследователи не были идиотами и быстро попрятались в укрытии, открыв оттуда шквальный обстрел. Два неприятельских бойца стоили больше половины рожка. Таким темпом мне грозило остаться совсем без патронов очень и очень скоро.

Минута за минутой протекали в абсолютном спокойствии. Наученные горьким опытом преследователи не спешили проявлять активность. Тишина была обманчивой, и я это знал. Быстрее всего планировался генеральный штурм моего укрепления. Велико же было моё удивление, когда со стороны деревни раздался крик.

– Ветер, давай поговорим.

Голос был знаком, даже слишком. Уж больно много неприятных воспоминаний связано с ним. Мой командир знал, кого послать за мной…

– Шило, ты ли это?! – выкрикнул я из своего укрытия.

Ответ не заставил себя ждать:

– Вижу, узнал. Может, спустишься? Потолкуем.

Готов был биться об заклад, что это укуренная падла сейчас ехидно улыбалась.

– Да мне и тут неплохо. Если есть что сказать, говори. А нет, продолжим в

«казаки-разбойники» играть.

– Как знаешь. Вижу, героем стал. И каково это – с долговской подстилкой

спать? Надеюсь, вдоволь нарезвился? Потому что мы к ней в скором времени

тоже собираемся. Подарим ей твою головушку, ну а дальше сам понимаешь…

Не знаю, что в тот момент остановило меня, чтобы не прикончить ублюдка на

месте. Стиснув зубы, я постарался ответить, как можно спокойней:

– Шило, ты до неё сначала доберись.

Выстрелив одиночным под ноги парламентёра, я дал понять, что разговор окончен.

– Значит так… Готовься сдохнуть, Ветер, и не думай, что смерть твоя, будет

лёгкой.

Даже отсюда я услышал, как отморозок смачно сплюнул…

Два сталкерских клана “Свобода” и “Долг” грызлись всегда и везде. Не

было более непримиримых врагов, чем эти группировки. Судьба распорядилась

так, что я оказался в рядах свободовцев. Не то, чтобы мне нравилась их идеология, просто на момент моего попадания в Зону они мне показались не самыми плохими ребятами. За два года, что я провёл в их рядах, мне удалось от рядового бойца подняться до командира отдельного отряда. А после особо успешной вылазки и вовсе стать одним из лучших. Наш главный был из военных, хотя об это нигде особо не афишировалось. Он люто ненавидел Долг и всё, что с ним связано.

Шило на тот момент был у него заместителем. Гад ещё тот. Об его зверствах ходили легенды, но выступить в открытую против него никто не решался. Как-то раз, идя в казарму, я услышал со стороны здания штаба крики. Решив проверить, что происходит, я отправился туда. Увиденное потрясло меня. На полу лежало тело, лишь отдалённое напоминавшее человеческое. Над ним, злобно оскалившись, стоял Шило. Увидев меня, он усмехнулся:

Смотришь? Ну смотри, что бывает с предателями.

Последнее слово он уже проглатывал вместе с зубами, которые я вбивал ему мощнейшими ударами в челюсть. Не ожидавший от меня такой прыти, замком отлетел метра на два, снеся по пути стоявший в комнате стол.

Не дав ему опомнится, я подкрепил предыдущий апперкот двумя сильными ударами по корпусу, заставив сталкера согнуться от боли. На его счастье мимо комнаты проходили другие соклановцы, они то и успели меня оттащить. С тех пор Шило прозябал на Барьере простым сталкером. И вот судьба опять свела нас…

Время шло, а со стороны нападавших до сих пор не было никаких действий. Странно. Ведь знают гады, что бежать мне некуда и с боеприпасом напряг, а всё равно чего-то ждут.

Внезапно башню сотряс мощнейший взрыв. Пол подо мной заходил ходуном, словно началась морская качка. Часть этажа, на котором я прятался, обвалилась и лишь по чистой случайности потолок выдержал. Я сразу понял, что случилось. Пока бывший замком вёл со мной беседы, кто-то из его людей заминировал дверь. От заложенного заряда подорвались и мои «подарочки». Стену напротив разбитой части стены взорвали первые пули крупнокалиберной машинки смерти. Огонь вёлся настолько плотно, что не возникало даже мысли ответить.

Делать тут было нечего, оставалось лишь достойно встретить гостей у «парадного» входа. Стараясь не показываться на открытом пространстве, я спустился на пару пролётов ниже своего укрытия. Место, выбранное мной для последнего боя (в том, что он будет последним, я не сомневался), было выбрано отменно, аккурат того, что ещё пять минут назад можно было назвать дверью. Сектор обстрела выглядел идеальным, и в тоже время я был практически недосягаем для неприятеля. Ждать долго не пришлось, и когда в проёме показался первый пассажир на поезд под названием «Смерть», машинист встретил его пулей в лоб.

Видно быстрое отбытие своего товарища ничему не научило других. Второй смертник лёг в обнимку к первому спустя пару мгновений. Запал нападавших на секунду потух, а затем на первый этаж влетела дымовая шашка. Тьма наступила мгновенно. Мне ничего не оставалось, как безостановочно палить в сторону, откуда прилетела дымовуха. За первым опустевшим магазином в сторону полетел второй. Не знаю, скольким удалось прорваться внутрь, но шквал пуль заставил меня отступить на пролёт выше. В боку что-то дёргало. В горячке боя я и не заметил, как шальная пуля достала меня в районе печени. Одежда в той области быстро пропиталась кровью, видимо, была задета то ли артерия, то ли вена. Времени на оказание помощи не было, я уже слышал, как ботинки врага осторожно наступают на ступени лестницы. Оторвав часть рукава, я как мог приложил его к ране. Сил на то, чтобы встать, уже не было. Прислонившись к стене, я принялся ждать.

Самому неторопливому пуля вошла точно между глаз, и тот кубарем покатился по ступенькам. Но вот со следующим вышла осечка. Он ловко перепрыгнул сразу через несколько ступеней, начиная стрелять на ходу. Среагировать я не успел, и сразу две пули прострелили мне правую руку. Автомат вывалился из парализованной болью конечности.

Голова ужасно болела. Кровь из раны в боку продолжала пульсировать сквозь пальцы. Правая рука мертвой культей висела вдоль бока. В ушах гремели выстрелы и чьи-то крики. Сквозь кровавую пелену в глазах я видел приближающиеся фигуры людей. По лицу расползлась улыбка. Рука, зажимавшая рану, откинулась и навстречу идущим покатилась граната. Чека оказалась выдернута. Я смотрел, как медленно катится ребристый овал и шептал про себя:

– Не сегодня…

Необходимое послесловие…

День медленно угасал. Напротив, полуразрушенной водонапорной башни стояло двое – девушка в защитном костюме и седой мужчина в военной форме.

– Он будет жить? – голос девушки дрожал от еле сдерживаемых слёз.

Если он сам этого захочет, то шанс есть.

Седой солдат, даже не повернул голову в сторону говорившей.

– Иди к нему, нечего тут землю слезами смачивать.

Утерев рукавом подступающие слёзы, девушка отправилась к стоящей неподалёку палатке. На входе её застал голос военостала:

– Надеюсь, он стоит того, дочка.

Ксения обернулась, посмотрела в глаза отца и ответила:

– Я люблю его. А это – стоит многого!

Спустя пару часов небольшая группа сталкеров без каких-либо опознавательных знаков выдвинулась в сторону Барьера. Впереди шёл проводник, то и дело сверяясь с данными детектора. Вслед за ним шёл прикрывающий с комплексом «Гроза» в руках. Далее двое несли плотно закрытые носилки. Рядом с ними, опустив защитную сферу костюма «Сева», шла Ксюша, всё время повторяя одну и ту же фразу:

–Не сегодня, милый. Не сегодня…

***
перейти в каталог файлов
связь с админом