Главная страница

Виктор Мережко - Сонька Золотая Ручка. Виктор Иванович Мережко Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров Новая книга


Скачать 3,98 Mb.
НазваниеВиктор Иванович Мережко Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров Новая книга
АнкорВиктор Мережко - Сонька Золотая Ручка.doc
Дата15.02.2018
Размер3,98 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаВиктор Мережко - Сонька Золотая Ручка.doc
ТипКнига
#31171
страница1 из 61
Каталог
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   61

det_crime

Виктор Иванович Мережко

Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

Новая книга известного сценариста и режиссера Виктора Мережко — история жизни легендарной личности, воровки Соньки Золотой Ручки. Музыкально одаренная, невероятно талантливая девочка, родившаяся в еврейском гетто под Варшавой, стала одной из величайших авантюристок мира.

Виктор Мережко

СОНЬКА ЗОЛОТАЯ РУЧКА

История любви и предательств королевы воров

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

год. Городское еврейское кладбище утопало в зелени. В солнечный летний день оно походило на лесную лужайку, усыпанную, будто серыми пенечками, надгробиями. Черноволосая и черноглазая Сура-Шейндля, рослая девочка лет пятнадцати, стояла возле гранитной плиты, немигающими глазами смотрела на красивую вязь староеврейского языка и едва слышно шептала:

— Моя дорогая мамочка… Мне так одиноко, так тяжело без тебя. Ты снишься мне почти каждую ночь, и во сне я тихо плачу. Папа живет с грубой и неотесанной Евдокией, которая непонятно откуда взялась на нашу голову Она никого не любит — ни меня, ни Фейгу. Один раз она так била меня по лицу, что из-за синяков я целую неделю не выходила на улицу. Для этой жлобки главное — чтобы папа побольше воровал. А это, мамочка, может плохо кончиться. Полиция уже много раз приходила в наш дом, они хотят узнать, с какими блатыкайными имеет дела папа. Он молчит, но все равно это плохо кончится. Единственный, кто любит меня, кроме тебя, конечно, это пани Елена. Ты должна помнить ее — она занималась со мной музыкой. А кроме музыки, мы теперь читаем по-французски и по-английски. Она очень добрая и красивая, эта пани Елена…

Брусчатая улица городка Повонзки была сплошь загажена пометом гусей и кур, то тут, то там лежали лепешки конского навоза. Дневная духота к вечеру только усилилась, и город непривычно опустел: жители попрятались от жары, кто в своих домах, а кто охлаждался в местной таверне.

Выбеленный пожелтевшей известкой двухэтажный дом, в котором жил Лейба Соломониак, выглядел бестолково большим. Из окна второго этажа доносилась бойкая фортепианная музыка, на первом этаже слышался голос самого Лейбы, который громко бранился с прислугой Матреной.

— Послушай, Матрена! Или я слепой идиот, или ты просто толстая ленивая корова! — кричал по-русски тощий и нервный Лейба, одетый, как и полагалось правоверному еврею, в черный сюртук и черную ермолку.

— Скорее все-таки первое, пан Лейба. Извиняйте, конечно, — огрызалась раскормленная Матрена, плавая по комнате широченными бедрами и лениво переставляя глиняные кувшины.

— Я рассчитаю тебя сегодня же! — окончательно выходил из себя хозяин. — Нет, завтра, как только уедут гости! Сейчас же наведи порядок в доме, иначе я сгорю от стыда и позора!

— Сколько раз обещали и ни разу таки не сгорели, — снова огрызнулась Матрена.

Из своей спальни не спеша выглянула старшая дочь Лейбы, пухлотелая и волоокая Фейга, с печальным укором посмотрела сначала на прислугу, потом на отца.

— Ой, перестаньте, папа, так громко кричать. Голова и без того на части разваливается.

В дверях соседней комнаты тут же показалась моложавая грудастая Евдокия, по-хозяйски прикрикнула на Фейгу:

— Что за манеры, детка? Мужу будешь делать замечания, а не отцу.

— Будет муж, будут и замечания, — лениво огрызнулась Фейга и снова направилась в спальню. — А вам, мадам Дуня, я не детка, а госпожа Фейга.

— Хамка!

— От такой слышу!

— Лейбик, ты слышишь, как твоя дочь разговаривает с мачехой? — повернулась к господину Соломониаку Евдокия.

— Фейга, — сурово прикрикнул тот, — либо извинись перед Дуней, либо исчезни!

— Лучше, папа, я исчезну, — ответила дочь и скрылась в своей комнате.

Худенькая пятнадцатилетняя Сура сидела в своей комнате и самозабвенно музицировала на фортепиано, не обращая никакого внимания ни на крики внизу, ни на полуденную духоту. В паузе между аккордами девочка вдруг услышала цокот копыт, скрип колес, а затем протяжный визг ворот. Она оставила инструмент и выглянула в окно. Сура увидела, как отец широко открыл ворота, и во двор въехала крытая повозка, запряженная двумя лошадьми.

Лейба помог полному господину ступить на землю, подобострастно потряс ему руку, поздоровался еще с одним человеком, тоже приехавшим в этой повозке, затем увел гостей в дом. Матрена принялась закрывать ворота. Когда прислуга тоже скрылась за дверьми дома, а повозка осталась без присмотра, Сура юркнула вниз по черной лестнице и выскочила во двор.

Почти не дыша, девочка осторожно обошла повозку, заглянула за тяжелый брезент и увидела там множество узлов, мешков и мешочков. Она ловко нырнула внутрь повозки и принялась торопливо изучать ее содержимое. Здесь были какие-то украшения, посуда, фигурки из глины и фарфора, меди и бронзы, дорогие платья. Вдруг в одном из мешочков Сура нашла золото, много золота: кольца, браслеты, ожерелья. Со знанием дела она выбрала из этого богатства самый крупный перстень, сунула его под платьице, выпрыгнула из повозки и стремительно побежала со двора.

Модистка пани Елена, молодая ухоженная дама лет сорока, как раз натягивала сшитое платье на манекен, когда в двери ее дома раздался стук. Женщина поспешила вниз по лестнице, но не успела даже подойти к дверям, как они распахнулись и в прихожую влетела Сура. Девочка замерла в двух шагах от пани и изящно выполнила книксен.

— Пани Елена, можно я побуду у вас?

Модистка оставила манекен.

— Что случилось, Сура?

Сура плюхнулась в кресло.

— Пани Елена, я же просила не называть меня этим дурацким именем.

— Но это имя дали твои родители, твоя покойная мама!

— Все равно. Мне больше нравится — Соня.

— Хорошо, Соня. Ты этюд выучила, Соня?

— Конечно!

Сура-Соня быстро подошла к стоящему в углу пианино, уселась на стульчик, заиграла легко и изящно. Пани Елена стояла за спиной девочки, с нежной улыбкой наблюдая за ее игрой. Соня закончила этюд, вопросительно оглянулась на женщину в ожидании похвалы. Та подошла к ней, взяла ее ладошки, нежно погладила их:

— Сонечка, девочка, ты очень талантлива. У тебя поистине золотые ручки. Но тебе надо больше работать, чтоб стать знаменитой пианисткой.

Соня, откинув голову, с удовольствием расхохоталась:

— Красиво: Соня Золотые Ручки! Я хочу, чтобы меня так все называли — Соня Золотые Ручки! Маме понравилось бы.

— Как у вас дома? — спросила модистка.

Соня пожала худыми плечиками.

— Фейгу выгнал очередной муж.

— За что?

— За то же самое. За очередного любовника.

Пани Елена внимательно посмотрела на девочку:

— Ты знаешь, что такое любовник?

— Как не знать? — рассмеялась Соня. — У Фейги как очередной муж, так и очередной любовник.

— А отец, как у него с Евдокией?

— Не знаю. Я с этой дурой не разговариваю.

— Соня!

— Простите, пани Елена.

Соня вдруг замолчала, заговорщицки посмотрела на пани модистку. Осторожно полезла под платьице, вынула оттуда украденный перстень и показала женщине.

Та взяла украшение, некоторое время внимательно рассматривала его.

— Откуда это?

— Нашла.

— Нашла? Это же очень дорогая вещь. — Пани Елена взяла ладонями личико девочки, повернула к себе. — Ты правда нашла это, Соня?

— Нашла, — лукаво улыбнулась Соня. — В повозке людей, которые приехали к отцу. В мешочке.

— То есть… ты украла?

— Там много мешочков. Никто даже не заметит!

— Но ты украла!

— Пани Елена, — Соня перешла на доверительный шепот. — Я не украла. Я просто взяла украденное. Мой отец ведь перепродает ворованное, ему привозят, часто привозят… а он продает!

Пани Елена вернула перстень девочке, сухо произнесла:

— Ты должна сейчас же вернуться домой и положить вещь на место.

— Но они же жулики! И отец мой — жулик! — воскликнула Соня.

— Не знаю, может быть. Но ты должна оставаться честной девочкой. Ступай домой и сделай то, что я тебе велела. И выучи на завтра следующий музыкальный этюд.

— Хорошо, пани, — понуро произнесла девочка, снова спрятала перстень под платьице и направилась к выходу. — До свидания, пани.

Когда Соня вернулась домой, было уже довольно темно. Во дворе она увидела отца, который расхаживал здесь с фонарем в руке и внимательно смотрел себе под ноги, словно что-то искал. Рядом с ним топтался грузный гость, который тоже время от времени опускался на корточки, разгребал палочкой бугорки и пыльную траву. Неподалеку ковырялась в земле толстая Матрена.

— Что вы ищете, папа? — спросила Соня, присаживаясь рядом.

— Не мешай, ступай спать, — отмахнулся отец.

— Ой, как будто ты не знаешь, что ищет твой папа! — в голос крикнула Матрена. — Бриллиант потерял, вот и ищет.

— Вы правда потеряли бриллиант, папа? — удивилась девочка.

— Не действуй мне окончательно на нервы, и без того мозги сохнут. Спать, сказал! — потерял терпение еврей.

— Зачем вы кричите на ребенка, Лейба? — вмешался гость. — Пусть доченька поможет нам, глаз у нее востренький. — И объяснил Соне: — Мы потеряли очень дорогую вещь, детка. Жалко, если не найдем.

— Найдем, — уверенно заявила девочка и с готовностью стала шарить по земле.

— Она найдет! Эта обязательно найдет! — хмыкнула Матрена.

Соня незаметно достала из-под платья перстень, бросила его под ноги.

— Вот! — сказала. — Вы эту вещь ищете?

— Ну, надо же! — обрадовалась Матрена. — А я чего говорила?

Толстый гость взял перстень из руки девочки, поднес к глазам.

— Умница, — благодарно погладил ее по голове. — Это очень дорогая вещь. Она стоит всего, что я привез твоему отцу. — И он растроганно поинтересовался: — Как тебя зовут, детка?

— Соня, — улыбнулась она. — Соня Золотые Ручки.

— Какая Соня? Какие золотые ручки?! — возмутился Лейба. — Зачем ты морочишь голову взрослому человеку, Сура?

— У вашей дочки большое будущее, — заметил гость. — У нее хороший глаз и в самом деле золотые ручки.

Мужчины ушли в дом, Соня завернула за угол к черному входу, открыла скрипучую дверь и тут была перехвачена Евдокией. Мачеха жестко взяла ее за локоть, привлекла к себе.

— Признавайся, детка, ты перстень украла?

— Вы что, пани Дуня? — попыталась освободиться Соня. — Я нашла его и отдала пану. Спросите у папы!

— Сначала украла, потом нашла. Ты воровка, детка.

— Не хватайте меня так, пани!

Мачеха не отпускала.

— Запомни, детка: в моем доме ничего не должно пропадать. Воруй где угодно, только не здесь. Замечу — убью.

Неожиданно Соня резко оттолкнула Евдокию от себя, со злой ухмылкой заметив:

— Смотри, Дунька, как бы я тебя не убила.

И нарочито не спеша, поднялась наверх в спальню.

Соня проснулась от сильного стука в ворота. Стук повторился, потом послышались крики на польском языке:

— Откройте! Сейчас же откройте, пан Соломониак! Полиция! Откройте, пан Соломониак!

Девочка соскользнула с постели, подбежала к окну, чтобы посмотреть со второго этажа на происходящее. Двор был пустой, вечерние гости уехали. Только сонная Матрена стояла в растрепанной ночной сорочке и кричала во весь голос:

— Чего вы ломитесь, окаянные?! Ворота развалите!

Девочка увидела, как из дома в белом исподнем выбежал отец, заспешил к воротам.

— Открою, сейчас открою! Кто там? Что стряслось? Матрена, сейчас же скройся!

Матрена нехотя покинула двор. Лейба открыл ворота, и во двор тут же ринулись около десятка полицейских.

— В чем дело, панове? — пытался остановить незваных гостей Лейба. — Я прошу объяснить, Панове, причину вашего визита.

Полицейские оттолкнули его, решительно двинулись в сторону дома. В доме испуганно заорала Матрена, полицейские ударом распахнули дверь, оттолкнули причитающую служанку. Лейба не отставал, пытаясь остановить хоть кого-то из визитеров. Он бросил растерянный взгляд на вышедшую из дома Евдокию и, увидев вдруг рядом невысокого худощавого пана в цивильной одежде, зацепился за него.

— Нижайше прошу вас, пан офицер, объясните бедному Лейбе, что вы хотите найти в его нищенском доме?

Худощавый мельком взглянул на него, на ходу бросил:

— Тебе лучше знать, что мы хотим найти!

Соня набросила на себя какую-то кофту и побежала вниз по лестнице. По пути ее чуть не сбили с ног трое полицейских, направляющихся в спальные комнаты. Девочка посторонилась, пропуская ночных гостей, и поспешила в гостиную, откуда раздавался грохот.

В гостиной Лейба и окружившие его испуганные женщины растерянно наблюдали, как во всю старались полицейские. Те выдвигали комоды и сундуки, били посуду, переворачивали вверх дном мебель и даже ломали ее, искали что-то под матрацами, под дощатым полом, в темном подвале. Соня, прижавшись к старшей сестре, ждала окончания кошмара. Матрена изредка вырывалась вперед и возмущенно водружала какую-нибудь вещь на место.

— Почто машете лапами?! Убирать, небось, мне придется! Чтоб вам гореть в огне!

Соня стояла рядом с Фейгой, не сводя с происходящего глаз.

— Панове, прошу вас! Не надо делать бедлам! — кричал Лейба, мечась между полицейскими. — Кто даст мне денег на ремонт? На чем будут спать мои несчастные дети? Не надо ломать мебель, панове! Не крушите стены! Скажите, что ищете, и я вам все выложу на блюдечке, панове!

На него не обращали никакого внимания, пару раз сильно толкнули, а худощавый полицейский ударил его так, что Лейба отлетел к своим детям.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   61

перейти в каталог файлов
связь с админом